Одна из главных тем в Рязани в последние дни — ситуация с судом между городской администрацией и епархией по поводу здания школы №6. Суд принял решение в пользу епархии, городские власти заявили о намерении это решение опротестовать. Присоединилась общественность — о ситуации пишут в соцсетях, в городе проходят пикеты, создана петиция против передачи здания.

Официальную позицию епархии и митрополита Рязанского и Михайловского Марка впервые прокомментировал в эксклюзивном интервью «Рязанским новостям» и.о. руководителя информационно-аналитического отдела епархии протоиерей Арсений Вилков. Он рассказал, из-за чего управляющий епархией отказался от переговоров с мэром, почему семинаристы не вышли на пикеты, что разместят в здании школы — и стоит ли ждать судов за здания РГУ и училища ВДВ.

 

«РН»: Тему о решении суда по поводу здания школы №6 сейчас обсуждают и в СМИ, и в соцсетях; при этом епархия раньше не озвучивала свою позицию. Как вы оцениваете эту ситуацию?

— До этого момента мы не делали никаких официальных заявлений, потому что не думали, что будет такая кампания по очернению епархии в связи с решением арбитражного суда. Это решение основано на федеральном законе, весь процесс строился исключительно на законных основаниях. Эта кампания развязана, очевидно, теми, кто стремится внести рознь в наше общество, столкнуть людей.

Мы с глубоким недоумением воспринимаем позицию администрации, в которой выражено неуважение к епархии, нежелание к конструктивному взаимодействию. Действия администрации провоцируют разделение общества, формируют напряжение в самой школе. На наш взгляд, предпринимаемые городской администрацией шаги не способствуют конструктивному диалогу.

«РН»: Представители администрации говорят, что сейчас идет работа с епархией, переговоры — вам предлагают выбрать другое здание вместо здания школы №6?

— Администрация говорит, что ведет переговоры с епархией, чтобы определить варианты действий. На самом деле никаких переговоров у нас сейчас с администрацией нет.

Когда у нас возникла необходимость вернуть здание — а по закону мы имеем на это право — мы сделали запрос, переговоры шли длительное время. И мы готовы были ждать передачи этого здания не шесть лет, как в законе прописано, а семь, десять... Столько, сколько нужно, чтобы перевести школу в достойное здание, обеспечить детей всем необходимым. Мы никого не выгоняем на улицу. В итоге нам отказались передавать запрашиваемое здание, а в качестве замены предложили совершенно неравнозначные варианты. Мы были готовы к альтернативам — но то, что нам предложили, — это развалины. Такое даже предлагать неприлично.

Митрополит Марк сказал, я сейчас цитирую его слова: «Можно ли назвать предложенные варианты адекватными?». Владыка занимает твердую позицию. Он отказался вести переговоры с мэром Еленой Сорокиной. У администрации было достаточно времени, чтобы достичь с епархией компромисса во время судебного разбирательства. Мы ожидали таких предложений во время суда. Однако вместо того, чтобы пытаться выстроить конструктивное взаимоотношение, адвокаты мэрии стали заниматься мифотворчеством, пытаясь доказать то, чего не было.

Мы изначально были готовы к конструктивному разговору, но сейчас мы имеем решение суда, которое зафиксировало наше право на здание школы. Мы опираемся на федеральный закон, на судебное решение и будем действовать в его рамках.

Сейчас мы уже не готовы и не хотим рассматривать альтернативы. На это здание мы претендуем по закону. В случае, если будут предлагаться альтернативные варианты, для нас существуют риски. На каком основании администрация могла бы нам передать иные объекты недвижимости? Следующая администрация вполне может это решение оспорить. Поэтому для нас нынешнее здание школы № 6 с этой точки зрения является оптимальным. Оно подпадает под закон, принятый нашим парламентом и подписанный нашим президентом.

«РН»: Сейчас владыка Марк занимает по этому вопросу жесткую позицию и не готов продолжать переговоры с городскими властями. Если найдется некий посредник или предложат подходящее здание в виде альтернативы — возвращение к переговорному процессу возможно?

— Повторю — был период, когда мы рассматривали разные варианты. Если бы разговор был адекватным, мы были готовы к конструктивному диалогу. Сейчас время потеряно. Теперь уже был суд, теперь нет ни желания, ни намерений искать замены.

«РН»: В день, когда было объявлено о решении суда, мэр написала в соцсетях, что в крайнем случае здание поставят в план передачи, предусматривающий срок в шесть лет. Такой срок устроит епархию?

— Да, устроит — потому что его предусматривает закон. Епархия действует законными методами и на законных основаниях.

Что касается заявления мэра, то фактически она поставила под сомнение не действия епархии, а судебное решение. Судебная система — это структура власти. Одна власть выступает против другой? В Евангелии есть такая фраза: "Всякое царство, разделившееся само в себе, опустеет, и дом, разделившийся сам в себе, падет" (Лк.11:17). Церковь всегда призывала к единству нашего народа, к гармонии отношений между властью и народом. Мы с недоумением восприняли это заявление. Не епархия решила, что это здание нам принадлежит. Это решил суд. И суд принял решение на основании федерального закона.

«РН»: Администрация говорит, что епархии предлагали четыре варианта зданий. Что это за варианты?

— В качестве альтернативы нам предлагали следующие здания: бывший доходный дом купца Овсянникова на Семинарской, 14; бывшее здание богадельни на Затинной, 80; "Дом Запольской" на Садовой, 42. Предложили еще здание на улице Пронской, 80  — там просто джунгли вокруг, фасада не видно.

MyCollages (1)

16 июня мы получили еще два предложения. Это деревянное здание на Первомайском проспекте — совершенно не равнозначное зданию школы №6. Там сейчас детский сад, здание в его оперативном управлении. Не знаю, что администрация при этом планировала делать с детским садом.

Второе — оздоровительный лагерь "Истоки" в Солотче, он примыкает к Солотчинскому монастырю. Этот лагерь — собрание совершенно уродливых бараков. Для города, который говорит о развитии туризма, — совершенно позорное сооружение. Поскольку стена там прилегает к монастырю, мы раньше обращались в администрацию с предложением упразднить лагерь, демонтировать бараки, благоустроить территорию, чтобы не на словах, а на деле показать стремление администрации к развитию паломничества и туризма. К сожалению, понимания мы не встретили. До сих пор эти сооружения уродуют территорию возле монастыря, да еще и регулярно мешают его насельницам своей громкой музыкой. И то, что сейчас нам предлагают "Истоки" взять, выглядит насмешкой: вы просили демонтировать — вот сами и занимайтесь.

«РН»: Но многие поддержали позицию администрации. Люди выходили на пикеты, ученики школы стояли с плакатами на улице.

— К детским пикетам мы относимся отрицательно. Недавно у нас в стране были события, осуждалось, что детей вовлекают в митинги, протесты и прочее. Чем эти детские пикеты в Рязани лучше?

Люди говорят, что защищают школу. Но уникальная школа с французским уклоном — это не здание. Это сообщество, коллектив. Так почему администрация пытается эту уникальную школу держать в дореволюционном здании, которое требует постоянного ремонта? Почему они не хотят детям построить нормальную благоустроенную школу, соответствующую всем требованиям, с современными технологиями? Почему нет? Это действительно уникальная школа, сейчас в ней обучается 600 учащихся — так расширьте ее! Постройте здание на тысячу мест и больше! А может, администрация не хочет заниматься развитием и улучшением этой школы, и в этом кроется попытка всеми силами держаться за старое здание?

На недавнем собрании в школе представители администрации заявили, что за шесть лет у города есть возможность построить новое современное здание. Тогда в чем вообще конфликт? О чем речь? Почему все эти копья летят в епархию? Стройте хорошее здание, школа требует обновления. Если есть возможность переехать в нормальное здание, деньги с родителей не собирать, чтобы латать постоянно дыры — то почему нет? Если это сложно и дорого — предъявите эти претензии не епархии. У нас строят шикарные торговые центры; у нас огромное количество новостроек, на которые находятся лучшие в городе места. Почему оказывается, что для школы нет ни денег, ни мест — а виновата в этом епархия?

Если говорить о тех же пикетах — почему нам не вывести семинаристов на пикеты? Им тоже нужно здание. Но мы их не выводим, хотя наши студенты тоже могут заявить в общественном пространстве, что им необходимо место для учебы.

«РН»: Наверняка у многих возникнет вопрос, почему епархия не построит новое здание для своих нужд, вместо того, чтобы судиться с городом.

— У епархии нет денег, чтобы построить новое здание семинарии. В 1917 году все здания — семинария, духовное училище — были у Церкви отняты. Церковь была просто ограблена. И принятый государством закон — это стремление хотя бы отчасти компенсировать тот страшный урон, который принес Церкви Октябрьский переворот 1917 года. Почему мы должны отказываться от этой возможности, которая нам предоставлена государством? По закону мы можем просить вернуть и здание десантного училища, и главный корпус Рязанского государственного университета — но мы этого не делаем. Мы просим меньшее из того, что позволяет закон. И просим не потому, что хотим детей чего-то лишить, а из объективной необходимости. И просим не самое лучшее по своему состоянию здание.

Епархия понимает, что это здание требует постоянного внимания и серьезных вложений. И мы готовы поддерживать его в нормальном состоянии, сохранять исторический облик.

«РН»: Между тем, информация о том, что епархия хочет получить здания РГУ и училища ВДВ, периодически появляется в СМИ. Таких планов нет?

— В настоящее время у епархии нет намерений просить возвращения этих зданий. Таких планов у нас нет, поскольку в этих зданиях нет острой необходимости. Нас обвиняют и в закрытии гимназии №2 — якобы ее здание отдали епархии. Гимназию закрыли, как известно из официальных источников, для проведения ремонтных работ. Епархия никакого отношения к этому не имеет.

«РН»: Вы упомянули, что сейчас семинаристы размещены не в лучших условиях. Что хотите организовать для них в здании школы?

— Учебный корпус, жилые помещения. У епархии есть свои задачи, мы должны их решать. Критики говорят, что мы против образования, но мы тоже заботимся об учебном заведении. Да, о своем — но это высшее учебное заведение. Его деятельность организуется согласно определенным требованиям и стандартам. В настоящее время семинаристы размещаются в здании, которое не отвечает даже минимальным требованиям к организации учебного процесса. Наши студенты — будущие священники. Люди порой жалуются, что священники плохие. А когда мы хотим дать будущим священникам достойное образование, чтобы они достойно совершали свое служение, оказывали духовную помощь людям — те же люди этого не хотят. Это замкнутый круг какой-то.

На самом деле, все, что сейчас происходит, все эти нападки на епархию — это просто агрессия по отношению к Церкви. И модераторами ее выступают люди, готовые ухватиться за любой повод для антицерковной риторики. Им, может, и школа не важна, и дети не интересны. Школа — повод. Эти люди спекулируют, в том числе, на человеческом невежестве и передергивают факты. Они начинают, а потом подключаются люди, которые ситуацию видят только с одной стороны, какой-то узкий сектор.

«РН»: В суде епархия представила документы, на основании которых и было принято решение о передаче здания. Что это за документы?

— Была представлена справка из государственного архива Рязанской области. Там история здания. Оно строилось епархией для епархиальных нужд, там размещалось общежитие семинарии. До революции было епархиальным, потом его использовала советская власть. Вторая сторона представила в суде информацию, что в 1914-ом году там был госпиталь, а значит, якобы, оно уже не принадлежало Церкви. Это неправда! Здание продолжало оставаться в собственности епархии вплоть до конфискации советской властью. На тот момент все более-менее полезные площади предоставлялись под госпитали — это Первая мировая война, нужно было как-то вместе преодолевать ситуацию. Но ссылаться на это как на аргумент — ну в Зимнем дворце в Петербурге тоже тогда был госпиталь, и что, он из-за этого перестал принадлежать императорской семье? Это абсурдный аргумент.

Мы никого не гоним на улицу, мы не против школы. Но считаем, что у администрации есть необходимые ресурсы, чтобы предоставить педагогам и учащимся лучший вариант для размещения учебного заведения.