В этом году исполняется 25 лет с момента, когда Рязань перестала быть криминальной столицей. В 1996-ом году началась череда крупных дел, положившая конец славе знаменитых банд, которые держали в страхе не только город и область, но и соседние регионы. Эта дата совпала с заявлением рязанских следователей: они вновь планируют вернуться к раскрытию тяжких и особо тяжких преступлений тех лет.

О деталях самых громких дел «лихих девяностых», судьбе знаменитых Вячеслава Ермолова («Слона») и Виктора Айрапетова («Айрапета»), «поезде киллеров», расстреле в баре ДК «Сельмаш» и взрыве у церкви рассказал «Рязанским новостям» уже легендарный следователь Дмитрий Плоткин, благодаря работе которого были раскрыты десятки громких дел.

 

Рязанская якудза

 Перемены госстроя в 90-х не ожидали, а предвидеть всех последствий – уж точно не мог никто. Дмитрий Плоткин рассказывает, что все сложилось для Рязани не в плюс: милиции перестали платить зарплату, а криминал как раз почувствовал свободу. Бывшие военные, которых в городе много, остались не у дел; спортсмены тоже поняли, что их физические данные теперь могут пригодиться не только в подвальных «качалках». К жажде легких денег добавились криминальные связи с соседними областями – и начали зарождаться банды, которые до сих пор отлично помнят в Рязани:

 - Это связано прежде всего с тем, что было много связей с "тамбовской" группировкой в Петербурге. Там ведь тоже очень много рязанских было - некоторых рязанских киллеров, которые там "работали", даже прозвали "кровавыми карликами" за невысокий рост. Вообще я сейчас скажу то, что никогда не говорил: по существу — у Рязани с соседями возник некий преступный синдикат, когда группировки разных городов между собой тесно контактировали. Айрапетовская группировка - с Ярославлем, «слоны» – с «солнцевскими» в Москве, "тамбовскими" в Петербурге, с Тольятти и Тулой. Происходил обмен денежными потоками; наемными убийцами. Если на Тульском оружейном заводе похищали детали для автоматов - то эти автоматы потом стреляли в разных городах, в том числе и в Рязани. Детали с тульского завода вывозили мешками, потом автоматы собирали там на квартирах, был причастен даже сын одного из ответственных работников завода. 

Тольяттинские контролировали «АвтоВАЗ». Это сейчас дилерские центры, а тогда надо было ехать на завод за машиной, а по пути на обратной дороге стояли хлопчики, останавливали машины - и каждый должен был дань заплатить. И водителю на купюре или бумажке ставилась отметка определенная, что он заплатил, чтобы он следующий «пост» проехал, иначе машину разбивали, избивали людей, отнимали деньги.

В Тольятти «работали» рязанские киллеры. Когда мы приехали разбирать совместные дела в Тольятти  - там было понятие «клетка». Каждый день выгоняли около тысячи готовых машин и их делили. Они еще шли по конвейеру, а на стекле была буква – по прозвищу лидера группировки, как правило. И эти машины ставили на площадки квадратами, «клетками»: вот «клетка» Напарника, Димы Большого…  

Группировка Димы Большого фактически поставляла нужные бандитам машины. Тульская - занималась оружием, поставляла с местного завода. Питер, Тула, Тольятти, Москва, Рязань — пять таких точек, которые были объединены криминалом в одну. Фактически полстраны было перекрыто одним синдикатом.

В бандах были тысячи людей, мы считали: если только «слонов» в Рязани взять с районными филиалами, сотни человек было. Да еще айрапетовские, да еще архиповские, не считая более мелких группировок. Я помню, один из таких авторитетных членов слоновской группировки как-то сказал — а смотрите, в Японии так же все развивалось. Вот якудза — вот мы по примеру якудзы. Та группировка, которая потом называлась архиповской, осокинской — в самом начале была создана по принципу военной организации, там даже звания присваивали свои по иерархии – кто главнее, кто подчиненный.

 

Передел и беспредел

file

 Время было опасное: то один, то другой лидер ОПГ оказывался жертвой конкурентов. Некоторые банды после смерти лидера меняли названия в честь нового "авторитета", да и стиль работы становился все жестче. Дмитрий Плоткин на вопрос, кто из крупных бизнесменов и руководителей предприятий платил дань бандитам, отвечает лаконично – «все». Обращаться за помощью предпринимателям было фактически некуда: пока в милиции возбудят дело, можно успеть «исчезнуть», примеров было немало. Иногда милиционеры сами советовали: проще заплатить.

 - Дань собирали на стадионе даже, приглашали людей. Люди боялись, потому что вначале пробовали артачиться, а потом пошли первые трупы, постоянные поджоги. Мне оперативники рассказывали — установили камеру, у слоновцев были основной офис практически напротив следственного изолятора. На кадрах видно, как предпринимателя ведут под руки на «беседу» в этот офис, у него ноги просто заплетаются. И люди ничего не могли сделать.  Дошло до того, что одного молодого слоновца допрашиваю — как он попал в группировку. Он говорит — попасть-то попал, но меня оттуда очень быстро исключили. Дали задание, что каждый член группировки должен какую-то точку найти, которая будет платить дань. Так он еле нашел в Рыбном, все остальные уже платили. И там через месяц пропал «его» человек.

Бандиты боялись сесть за убийство, а вымогательство было для них рутиной. Чтоб уворачиваться от показаний по убийствам, рассказывали про деньги. А дальше комедия: потерпевшие все отрицают. Один бандит во всем признался, приводим на очную ставку предпринимателя – а тот ни в какую не признается! Бандит мне потом говорит: «Оставил бы ты нас, один на один я бы его побил, он бы рассказал».

Мы тогда с оперативниками создали лже-банду небольшую. Милиционеры с соотвествующей внешностью в штатском стали ходить по точкам, мы, мол, банда Чики. Предприниматели объясняют, что «крыша» у них уже есть, слоновские. Наши ребята требуют звонить – и на диктофон пишут. Один и при таких условиях не хотел выходить на контакт, говорит нашему - может, ты из милиции. Оперативник ему в ответ: «Ты посмотри на мою морду, я что, на мента похож?»

Так с предпринимателями работали. Ну и обыватели – тоже никто себя в безопасности не чувствовал. У моего следователя одного жена рассказывала: забирала маленького ребенка из детсада, мужчина тоже своего сына забирал. А у дома его уже ждали киллеры, убили и мужчину, и ребенка. Беспредел был полный. Казалось, края ему нет.

 

«Поезд киллеров»

file

Точное число убийств, которые можно отнести к заказным, Дмитрий Плоткин и сейчас не может назвать – слишком много было «неявных» дел, когда жертвы, например, просто пропадали. Но и преступлений, где работа киллера была очевидна, не меньше сотни. Рязанские «специалисты по убийствам» работали не только в нашем городе:

-  Многие из «авторитетных» даже не давались живыми. Один из них покончил с собой в нашем СИЗО. Он в Тольятти инструктировал рязанских киллеров. Его должны были этапировать в Тольятти – а он, вероятно, опасался, что может там в камере встретить представителей банд, к убийству участников которых был причастен. 

Туда ехало в поезде два купе проинструктированных им рязанских киллеров, восемь человек. С собой – магнитофон без «начинки», набитый патронами. Пистолеты там давали. Кому-то показывали «мишень», другие были в «свободном поиске»: едут по городу – идет коммерсант, который платит другой группировке - должны застрелить; бандит из другой группировки – должны застрелить. «Свободные охотники».

В Рязани кто отказывался платить — пример директора чаеразвесочной фабрики. У него был сын, 17-летний подросток. Заходит в подъезд - его убивают. Сын директора нефтезавода — его люди в камуфляже похищают, причем с охранником. Охранник всплывает в Оке, в наручниках и с заклеенным ртом, а тело сына до сих пор не нашли.

Или вот - приходят к бизнесмену мальчики, говорят — теперь будете нам платить. Человек думает, ну что за ерунда, какой-то двадцатилетний хлопец пришел. А этого двадцатилетнего боялись пятидесятилетние бандиты, потому что он говорил, что ему легче человека пристрелить, чем с ним разговаривать, что-то объяснять. Ему говорят — ну зачем сразу стрелять? Повесь гранату на ручку двери, чтобы человек понял. А тот: «Еще я буду ездить, гранаты там вешать... Легче пристрелить и с другим уже работать». Один руководитель крупного предприятия у нас везучий был. Собирался уже охрану себе нанимать, а его ждет киллер в подъезде и стреляет ему в лицо. Он повернулся - и пуля прошла сквозь две щеки. Вылечился, работает, СОБР его охраняет. А этот мальчик двадцатилетний говорит: «СОБР охраняет, пусть с ним и взлетает». Но СОБР все же боялись трогать - офицены спецназа имели опыт боевых действий в "горячих точках". А бизнесмен от СОБРа отказался, взял себе охрану из бывших военных. Через несколько дней с охраной входит в лифт, а на кабине сверху взрывное устройство. Одному охраннику голову буквально отрывает, второго контузило. Предпринимателя тоже контузило, но он опять остался жив.

 

Расстрел в баре, взрыв у церкви и бомба из школьного кружка

В числе дел, которые числятся нераскрытыми, но о которых говорят до сих пор – расстрел в баре ДК «Сельмаш». В 1993-ем там убили восьмерых и ранили еще девять человек. Как говорит сам Дмитрий Плоткин, имена преступников следователям, как правило, в большинстве случаев известны, но вопрос остается за доказательствами:

- Между группировками началась война. Сначала — между слоновской и айрапетовской. Айрапет был посильней Слона, и он демонстративно его у ресторана «Презент» избил. И после этого сначала слоновцы ворвались в баню на улице Чапаева, там постреляли, - просто жути нагнали, никого не стали убивать.

А потом уже произошло страшное преступление, когда люди ворвались в масках, в камуфляже в бар «Сельмаш» и стреляли во всех, кто в зале был. Повезло просто некоторым людям, что, во-первых, там колонны были, и кое-кто оказался за колоннами. Причем там девчонка одна была, подружка одного из присутствующих, в нее пули попали. Там играл музыкальный ансамбль, музыканты чудом остались живы. Ничего подобного в России тогда не было. Существовал в те годы обмен киллерами с разных городов. Слоновцы, которые реально могли это сделать, у них алиби было практически у всех. Это была такая демонстрация.

Но айрапетовцы стали говорить, что только слоновцы могли это организовать. А слоновцы в это время, все авторитеты и прочие, сидели в ресторане «Русь». Мало того, когда туда приехала милиция – милиция к ним не смогла войти. Вышел хозяин, говорит, тут частная собственность. Когда уже СОБР приехал - там ребята, офицеры, десантники, рукопашники - вот они тогда зашли. Всех привезли, доставили. А в баре «Вечерний» закрылись айрапетовцы. Милиция говорит — откройте. Ничего подобного. Пришлось тросы привязать к машине и вырывать металлическую дверь. То есть такая была обстановка.

Известное дело – взрыв у храма. Чудо, что не в нем. В церкви собрались "лучшие" представители бандитских кругов на похороны своего. Авторитета хоронят — и приезжают сподвижники. Проститься — такой ритуал. Один вышел — на брелоке сигнализацию от машины нажал. В церковь в это время человек нес бомбу в «дипломате», уже подходил. Причем он не был членом группировки, ему обещали машину, он согласился. Он был известный спортсмен, лучший игрок одного из матчей с зарубежной командой. Бомба раньше взорвалась — ему ноги оторвало, они на дерево улетели.

А потом получилась интересная история на улице Островского. Там были огромные распределительные почтовые ящики - почту, газеты на весь дом в них складывали.  Был прохладный день, вышла бабушка с табуреточкой посидеть. На этом ящике был сломан замок и дверца открывалась. Бабушка дверцей хотела от ветра закрыться. Села на табуреточку. Смотрит — а в ящике какое-то устройство. С лампочками, с цифрами. Цифры горят. Бабушка оказалась бдительной. Она побежала к дедушке, соседу. А дедушка — бывший работник еще НКВД. Он вышел и понял, что это взрывное устройство. Там был килограмм тротила и 111 шарикоподшипников, на всю жизнь запомнил, сам считал. Оставалось нажать кнопку пульта, когда один из айрапетовских должен был проходить. А рядом дома, детская площадка… Но тут бабушка обнаружила все. А дальше - оказалось, что это не военное взрывное устройство, в Рязани нет такого сапера, который может его обезвредить. Есть в Туле – но пока привезешь, взорвется. Всех жильцов дома эвакуировали, взяли пожарную машину, трос - и ящик сорвали со стены. Потом установили, что это взрывное устройство было собрано в детском радиокружке. Преподавателя кружка школьного из Дашково-Песочни запугали, убить обещали. Сделал. Потом говорил — постоянно приемник был включен, ждал, где рванет. Услышал, что взрыва не произошло, от души отлегло.

Айрапет на Ваганьковском, Слон в Европе?

file_1

Смерть криминальных лидеров была скорее правилом, чем исключением: издержки профессиональной деятельности. Но не всегда убийство было явным – кто-то пропадал без следа, давая поводы для слухов; кому-то действительно удавалось скрыться. О судьбах Слона и Айрапета в Рязани говорят до сих пор, предполагая – «он еще может вернуться».  Дмитрий Плоткин уверяет – громких возвращений ждать не приходится:

- Нельзя сказать, кто был самым опасным. Иногда еще приходится доказывать, кто лидер банды. Слоновскую группировку вообще возглавлял Николай Иванович Максимов, Макс. Слон был больше как знамя, как крупная фигура. Но «слоновский» - звучало, от его имени все представлялись. Он был таксистом, началось все с игры в наперстки, с «кидалова» при перепродаже машин.

А Виктор Айрапетов занимался спортом, хороший спортсмен был. В основном они по районам как-то работали. В Горроще больше айрапетовских, поскольку он там жил. Еще одну банду одно время Голованов возглавлял, его вообще похитили люди в форме работников милиции — зашли в ресторан, где он находился со своими людьми, представились, посадили в машину. Его знакомый поехал следом. На Дзержинского вышли эти «милиционеры», обстреляли знакомого, он отстал. Голованов пропал. По определенным данным, был действительно убит.

Тот же Айрапет, о котором ходят слухи - само расследование проводилось в Московской области, но ряд материалов из дел у нас был, и фото трупа я показывал бывшей жене Айрапета, она категорически сказала, что это он. На руке трупа оставили золотой «Роллекс», его опознавал младший брат и знакомый – тоже опознали. Так что мы считаем, что на Ваганьковском похоронен Айрапет. Более того, зная характер Айрапета, который хотел отомстить и за «Сельмаш», и за смерть своего брата – я думаю, он за эти годы не оставил бы виновных в живых. Поэтому у меня полное убеждение, что в могиле на Ваганьковском лежит тело Айрапета.

Ермолов, Слон, думаю, жив. Он действительно выехал за рубеж, его следы были в Европе, есть основания говорить, что он там. Но вернется ли? Он по характеру немного трусоват в этом плане. В принципе он знает, что постановление на арест есть, соответственно, если он вернется, будут разбирательства с ним. Вернуться из Европы в Рязань, чтобы попасть под следствие?

Тот беспредел, который был в городе, нужно было заканчивать. Бандиты же хотели дойти до власти - и определенные успехи у них и после нашей работы были. Кто-то стал депутатом, а кто-то и главой депутатов. Слона, помню, доставили как-то – а в кабинете телефоны разбитые, мебель старая… Стул под Слоном разваливается, Слон падает. Говорит: «Когда мы придем к власти, у вас будут нормальные стулья и нормальные телефоны». По разговорам, были у него поползновения в губернаторы, такие амбиции. И мы знаем по России примеры, что люди, имевшие связи с криминалом, стали руководителями. Так что могло быть, думаю.

 

Вторая часть интервью с Дмитрием Плоткиным о делах «лихих девяностых» выйдет на следующей неделе. «Рязанские новости» расскажут, как на Плоткина готовили покушение; из-за чего следователям пришлось использовать гипноз - и ждать ли действующим рязанским бизнесменам повестку от следователей в связи с особым вниманием к расследованию старых уголовных дел.