В заколоченных окнах дома № 40 по улице Вознесенской в Рязани, ряанцам больше известного как дом Циолковского, появились рисунки на космическую тематику.

 

Дом № 40 по улице Циолковского был признан аварийным еще в 2011-м году, впоследствии его расселили, а в 2016 году было принято решение о сносе строения. Вместо него планировали построить новое, комфортное жилье. Но краеведы, при поддержке общественности и СМИ подняли несколько запоздалую волну протеста.

Дело в том, что здание по Вознесенской, 40, усадьба Калеминых, широкой общественности знакомо как дом Циолковского. В этом доме прошли детские годы основоположника космонавтики – семья жила здесь с 1864 по 1968 годы. Но выявленным объектом культурного наследия, при этом, здание почему-то не являлось, что и позволило включить его в программу расселения аварийного жилья, которая предполагает последующий снос.

Дом Циолковского общественности в итоге удалось отстоять, снос отменили. Но на том дело и остановилось. Город от дальнейшей судьбы строения устранился. Краеведы, удовлетворившись своей маленькой победой, так же не фонтанируют идеями относительно будущего дома. Звучали предложения создать на Вознесенской, 40 Музей Циолковского к 160-летию ученого (его отмечали в 2017-м году), но они так идеями и остались.

Появившиеся буквально на днях художественные изображения неизвестного автора в заколоченных окнах первого этажа – портрет Константина Эдуардовича, формулы, спутники, созвездия – немного скрасили общий унылый вид. Других изменений за последние четыре года в доме не производилось, если не считать то, что постепенно здание разрушается само, без участия спецтехники. Внутри, во дворе – полная разруха. Более-менее сносно – если это можно так назвать – выглядит только фасад.

Иными словами, автору космической тематики на доме, можно сказать большое спасибо хотя бы за то, что таким нетривиальным образом еще раз привлек к нему внимание. Ну а общественности пока затевать новую кампанию по спасению дома Циолковского. Иначе через пару-тройку лет на Вознесенской, 20 спасать будет уже нечего.