В Рязань в рамках «Больших гастролей» приехал Донецкий государственный академический музыкально-драматический театр им. М.М. Бровуна с легендарным спектаклем – рок-оперой «Юнона и Авось».
 
До Рязани донецкий коллектив уже постил Тамбов и Липецк, а после поедет во Владимир, Кинешму, Дзержинск и Чебоксары. Артисты завершат тур в столице.
 
В нелегкий путь отправились 90 человек. С собой театр перевозит две тонны декораций и 120 костюмов. За все годы существования спектакля он был вывезен только один раз на сцену города-героя Севастополя, где произошел настоящий фурор.
 
Культовая постановка поднимает важные для военного Донецка темы – это патриотизм и любовь к Родине.
 
В рок-опере объединился почти весь коллектив и силы сразу нескольких подразделений театра. В конце спектакля на поклон выходят 70 человек. Можно смело сказать, что на сцене Рязанского театра драмы было показано зрелищная, эмоциональная и фееричная вещь.
 
В день выхода на сцену «Рязанским новостям» удалось пообщаться с исполнителями главных ролей – заслуженным артистом Украины Русланом Слабуновым и артисткой-вокалисткой Викторией Селивановой.
 
- Какие трудности вы испытываете, играя героя Николая Рязанова?
 
- Этот спектакль всегда труден. Ответственность очень большая. Опять же, многие зрители сравнивают его с Ленкомом. Поэтому на нашем коллективе лежит большая ответственность, - кратко ответил Руслан Слабунов.


 
- Как вы считаете, хорошо ли все артисты справляются со своими ролями?
 
- Судя по тому, что у нас всегда шел этот спектакль с полным залом, всегда с овациями, мы справляемся на все 100%.
 
- Близка ли вам героиня Кончита?


 
- У меня прекрасная роль любящей женщины. Кончиты из калифорнийского края, которая соприкоснулась с русским миром, с Рязановым и его командой. Это была первая миссия русского мира. Одна из самых любимых ролей, одна из самых желанных… Очень близка. Роль влюбленной, страстной женщины, наверное, близка каждой», - поделилась Виктория Селиванова.


 
- Влияло ли нас то, что вы уже знаете об этой известной постановке Марка Захарова?
 
- Знаете, я обожаю ленкомовскую постановку. Я с детства смотрела этот спектакль и всегда с необыкновенным трепетом. Я преклоняю голову перед мастерством артистов. Безусловно, они пример во всем для нас. Но, как артистке, мне, конечно, хотелось привнести что-то свое. А получилось ли это сделать, скажет зритель.
 

Отмечается, что в постановке использованы самые современные сценические технологии и спецэффекты. Видеопроекция помогает оказываться зрителю то на Аляске, то в Калифорнии, то на корабле, бороздящем бескрайние просторы океана.
 
Специально для этого спектакля была восстановлена технология ручной росписи панорамных «задников». Уникальный тюль итальянского производства создали для Донецкого театра, чтобы использовать бесшовную ткань для проекционного экрана. Также впервые на сцене был поднят на столько большой Георгиевский флаг.
 
Что касается костюмов, то их сшили в цехах театра. Они максимально приближены к своим историческим вариантам. Многие из них расшиты вручную.


 
За считанные минуты до начала рок-оперы «Рязанские новости» пообщались с режиссером спектакля, заслуженным деятелем искусств Украины Василием Маслий.


 
 
- Василий, в условиях сегодняшнего положения в Донецке, ходят ли люди в театр?
 
- Я скажу так: театр нужен. Нужен. Особенно в такой обстановке. Но из-за заботы о зрителях, в целях их безопасности, мы, к сожалению, сейчас работаем в режиме репетиционного процесса. И наши двери с той стороны для зрителя закрыты с конца февраля. Поэтому для нас эти гастроли глоток свежего воздуха. Это для актеров очень важно… (вздыхает и улыбается (прим.ред). В этом заключается их профессия - получать заряд от зрителя, вот эту отдачу. Мы работаем, но это работа ни то что в холостую и пустую, но все же каждому театру и актеру нужен зритель.
 
- Повреждено ли здание вашего театра?
 
- К сожалению, повреждено. Слава Богу, что повреждена только наша проходная, задняя часть театра. Зрительный зал и сцена не пострадали. Пострадали гримерки, кабинеты. У нас с задней стороны почти ни одного окна нет. Все забито сейчас фанерой. И здание изрешечено с той стороны осколками.
 
- Расскажите о вашей труппе.
 
- Труппа у нас огромная. Так как мы музыкально-драматический театр, то у нас есть отдельные подразделения: оркестр, балет, вокалисты, актеры драмы. У нас такой большой прям комбинат по выпуску спектаклей. Здесь, в основном, артисты-вокалисты нашего театра и артисты балета, но и актеры тоже есть.
 
- Наверняка вы неслучайно выбрали для гастролей именно «Юнону и Авось». Этот спектакль можно назвать «визитной карточкой» вашего театра?
 

- Конечно! Ну потому что само название… это, по-моему, беспроигрышный вариант – «Юнона и Авось». Я понимаю, что доля зрителей идет на спектакль с определенной долей скепсиса. Ну потому что «Ленком». Мне в Тамбове искусствовед, которая конкретно занимается творчеством Марка Захарова, после спектакля сказала очень много приятных слов, но самое главное, для меня лично и театра, то, что это на много современнее и в некоторых моментах на много глубже, чем «Ленком». И эти слова для меня дорогого стоят.


 
- Как встретили ваш спектакль с других городах?
 
- Отлично. Тьфу-тьфу-тьфу! (смеется (прим.ред.) Надеюсь прием будет такой же как и в Донецке. Это благодаря нашим актерам и материалу, который мы играем. Тут спасибо большое Рыбникову и Вознесенскому.
 
- Чем планируете удивить?
 
- Это абсолютно моя версия и версия нашего театра. Не могу сказать, что только моя. Целая группа постановочная над этим работала. Я очень уважаю «Ленком». Это сила. Но сила того времени. И я понимаю, что Марк Захаров ставил в 80-е годы. Ведь каждый из режиссеров делает спектакль для сегодняшнего зрителя с призмы сегодняшнего времени. Поэтому у нас абсолютно другая постановка. Думаю, вы в этом сегодня убедитесь. Понимаете, у Шекспира тоже есть одна пьеса, которую каждый театр берет, и каждый театр ставит по-разному. Для меня материл всегда это всего лишь повод, а спектакль – это совершенно другое дело. Спектакль – это мое видение сегодняшнего времени, мое видение ситуации, мое видение проблем данного спектакля. Тем более поставлен был спектакль 5 лет назад, это был 17-й год. Мы ждали тогда очень сильно и стремились в нашу большую Родину. Там заложена огромная доля любви к Родине! Да, это спектакль о любви, но межчеловеческая любовь там сквозит только от женского персонажа - Кончиты, а Рязанов… это же гениальнейшая и огромнейшая личность, государственный деятель, который, мне кажется, несколько подзабыт в истории. Я прежде всего делал спектакль о том, что он хотел сделать в истории. Я очень хотел бы, чтобы молодежь, посмотрев спектакль, заинтересовалась судьбой Рязанова. Сейчас материалов в интернете очень много. Можно покопаться в этом деле, углубиться в эту историю. Мало кто знает, что эта вся экспедиция его могла бы закончиться тем, что не только Аляска, а весь западный берег Америки был бы под российской короной, в том числе, и Калифорния. Он ехал с этой миссией.
 
- Какие на сегодняшний момент у Донецкого театра существуют творческие планы?
 
- Мы ходим открыться для зрителя. Это прежде всего в наших планах. Для открытия мы сейчас будем готовить три премьерных спектакля. После возвращения с гастролей сразу приступаем к репетициям. Эти три спектакля на большой сцене. Надеюсь, что открытие состоится в ближайшее время.
 
- Как вы считаете, нужен ли театр в это непростое время?
 

-  Он необходим. Искусство само по себе необходимо. Без искусства как такого (я сейчас говорю не только о театре) может, извините за это некрасивое слово, оскотиниться человек. Он может скатиться до инстинктов только: поесть, поспать и так далее. Не буду список продолжать. Искусство затрагивает в человеке определенные… Не знаю… Нотки, струнки… Что-то задевается. В любом, я уверен, в любом. Даже если это реакция «анти», то внутри что-то остается. Может быть, кто-то взглянет по-другому на свою жизнь и начнет менять жизнь вокруг. Я на это очень рассчитываю. А хотя почему рассчитываю? Я убежден, что театр именно для этого и создан!
 

Р.S. Рязанский зритель по достоинству оценил «Юнону и Авось», провожая артистов оглушительными овациями и восторженными криками «Браво!».
 
 
Дарья Буренкова